— … а что если это был проход? — шепотом закончил Пойнтер.

Потом началось извержение вулкана. Машины уклонялись и движение встало, пока дыра в течение нескольких минут не отрыгнула весь мусор, что глотала днями. Детские коляски, сломанные игрушки, черные пластиковые мешки с мусором, что от удара о мостовую или тротуар взрывались словно зловонная шрапнель — где бы ни был этот хлам в течение нескольких прошедших недель, он подвергся влиянию времени с тем же темпом, что текло и на Милтон Стрит, — и многочисленные другие предметы, засевшие в памяти и теперь узнаваемые. Заляпанный и грязный диван-кровать взмыл, раскрывшись, будто собирался спланировать на деревья подобно громадной летучей мыши, но вместо этого рухнул на мостовую с увесистым ударом, который потряс землю и потрескал асфальтовое покрытие. Фарфоровый стульчак, приземлившись, разлетелся белыми черепками. Две покрышки взметнулись ввысь, чтобы отскочить от склона нарастающей кучи и погнаться друг с другом на перегонки, прокатившись всю дорогу до самого угла, где они испугали проезжавшую «Субару», которая вывернула на тротуар и вмазалась в дуб.

Все жители Милтон Стрит выбежали на переднее крыльцо своих домов, где они благоразумно оставались под навесом, чтобы в ужасе наблюдать как у них на глазах формируются новый горный хребет.

Наконец, все кончилось. Разбитый «Биг Уил» выскочил из кальдеры и загрохотал, переворачиваясь, по склону кучи, чтобы оказаться в мешанине щебня у ее подножья. Затем три или четыре палки, а потом семифутовая ветка. И тишина.

Пойнтер издал дрожащий вздох, и выполз из-под навеса своего крыльца, где они цеплялся за Кригера.